Ты, конечно, можешь меня убить. Но тогда вместе со мной умрут еще несколько сотен тысяч человек. В городе, который ты даже не знаешь. То есть ты убьешь не только меня, но и их. И станешь очень крутым убийцей. Самым крутым убийцей всех времен и народов. Поэтому тебе лучше бросить оружие. Или ты предпочитаешь взять на душу грех?
Куратор посмотрел на террориста, на мобильный телефон, на его зависший над кнопкой палец. И отбросил автомат в сторону.
— И все прочее тоже, — приказал Мозга…
— Бросай оружие… Или ты предпочитаешь взять на душу грех? — сказал чужой голос в наушниках.
Когда чужой голос сказал под бронешлемом «Бросай оружие» и когда в ответ не последовал выстрел, Резидент понял всё. Почти всё. То, что он не понял сразу, он понял по ходу разговора.
Резидент слышал разговор. Как слышал до того дыхание и сопение и тихие чертыхания пробиравшегося по дому своего напарника. Как слышал предсмертные хрипы его жертв.
Резидент слышал разговор от первого до последнего слова. Но лучше бы он ничего не слышал. Лучше бы он умер в неведении. В неведении, что их бой проигран. По всем пунктам проигран. В некоторых случаях умереть чуть раньше лучше, чем чуть позже. Например, в этом конкретном случае…
Боевики наседали. Резидент отстреливался. Но Резиденту было уже все равно. Потому что его бой и его смерть уже не имели никакого смысла. Его напарник дошел до цели. Но лишь для того, чтобы убедиться — что зря дошел!..
Справа — автоматчик…
Слева…
Прямо…
Взрыв гранаты. Грохот, ослепительный свет и жесткие удары осколков по каске и бронежилету. Наступательной гранаты. Взрыв «лимонки» оглушил бы до потери сознания. Сумрак в глазах. Резкая боль и теплота стекающей крови в пальцах. И тут же бросок двух тел сверху, с плит на спину.
— Вот он, гад. Вот он, падла!..
Все! Теперь уже все. Окончательно все…
Глава 72
— Ну, как он? Жив? — спросил издалека голос.
— А хрен его знает. Лежит как мертвяк. А рожи его не видно. Она в наморднике.
— Давай поглядим…
Двое боевиков плюхнулись Резиденту на ноги и на голову. Третий пинком отбросил в сторону автомат.
— Пятерых наших положил! Пятерых! Гад. Я же ему сам, лично кишки на шомпол намотаю, — вслух возмущался и грозил один.
Глухой удар ноги в бронежилет. Еще удар. И шарящие между каской и бронежилетом, пытающиеся нащупать застежки пальцы. К свалке подошел кто-то из начальства. Из начальства, потому что боевики чуть присмирели.
— Отлипни, Шконка, — сказал властный голос.
— Но он же наших! Пятерых братанов. Да я же его…
— Не ты. И даже не я. Его жизнью будет распоряжаться Мозга. Что Мозга скажет, то и будет. Скажет, кончать — кончим. Скажет, зад ему лизать — будешь лизать.
— Да он же…
— Всё. Тихо. Я с бугром говорить буду.
Боевики примолкли. Авторитет бугра здесь был непререкаем. Как не подлежащий обжалованию смертный приговор.
Мелкий начальник вытащил сотовый телефон и набрал номер.
— Занято, — сказал он. — Странно, но у него занято.
И снова набрал номер. И снова было занято.
— А ты не на мобильный, ты на обыкновенный перезвони, — предложил кто-то из боевиков. — Может, он с, кем разговаривает.
Что-то в этом разговоре зацепило Резидента. Что-то… Какое-то произнесенное слово.
Номер?
Нет, не номер.
Занято?
Да, пожалуй, занято. Занято! И еще мобильный телефон. Вот это словосочетание. Занятый… мобильный… телефон…
Ну конечно, занятый! Естественно, занятый! Ведь он держит открытый канал на взрыватель бомбы! Потому и занятый! Потому до него и невозможно дозвониться. Чтобы узнать, убивать его сразу или слегка погодить…
Резидент мгновенно просчитал вновь открывшиеся возможности. И принял решение. Рискованное. Но единственно возможное.
Он застонал и слегка шевельнулся.
— Живой! — удовлетворенно хмыкнул Шконка. — Ну теперь ты пожалеешь, что не умер…
Резидент шевельнулся еще раз. Чтобы поменять положение. Чтобы дотянуться до засунутой в карман «жилетки» гранаты.
Дотянулся. И потащил ее наружу. За кольцо потащил. И почувствовал, как усики кольца, сжимаясь и сближаясь, полезли из отверстия.
— Чё он там делает, гад? — заподозрил неладное один из боевиков. Но заподозрил поздно.
Резидент обхватил рукой ребристый бок «лимонки» и, резко и что есть силы развернувшись и сбросив с себя седоков, выдернул гранату наверх. Отпустил предохранительный рычаг, посчитал до четырех и сильно бросил ее вверх.
— Граната! — испуганно заорали боевики, вскакивая на ноги.
Если бы они были опытные бойцы, они бы не кричали и не вскакивали в бессмысленной попытке убежать от разлетающихся на двести метров осколков. Они бы упали на землю, откатились и прикрыли наиболее уязвимые части тела оружием. Но они не были бойцами. Они были просто бандитами.
— Счас рванет!
Одного из вскочивших бандитов Резидент успел схватить за плечи и успел уронить на себя. Сильно уронить, так что его зубы клацнули о забрало каски. Но этой, от удара лица о каску, боли он уже не почувствовал. Потому что на спину ему упала подброшенная граната. И там, на спине, и взорвалась. Десятки осколков пронзили живой щит и через него ткнулись в бронежилет Резидента. Но пробить его они уже не могли. Потому что потеряли убойную силу в живой, разрываемой и раздираемой ими плоти. Другие сотни осколков сразили всех находящихся вблизи бандитов, которые так и не успели никуда убежать.
Теперь нужно было действовать. Пока дальние бандиты не очухались. О ближних разговор уже не шел.
Резидент сбросил развороченный и изрешеченный осколками труп. И потянулся к главарю. К тому, что звонил по мобильному телефону. Он тянулся к нему как к последней своей надежде. И одновременно рвал с головы мешающий ему, душащий его шлем. Спасибо бандитам, что они его уже наполовину расстегнули…
Вот он, поверженный начальник. А вот его телефон. Слава богу, целый телефон!
Резидент взглянул на панель. Где все еще светились цифры номера вызываемого абонента. Номера Мозги! Цифры 215–212.
Затем откинул панель, где были указаны диспетчерские и прочие дежурные телефоны. Сразу увидел тот, который был нужен. Телефон мобильного узла связи. И еще краем глаза увидел, как в его сторону бегут, бандиты.
Нажимая на кнопки цифр, он подтянул левой рукой ближайший к нему автомат и надавил на курок. Он не стрелял ни в кого конкретно. Он стрелял вообще. Чтобы усмирить пыл наступающих. В ответ ему ударили несколько встречных очередей.
— Алё, — ответил на вызов очень милый голосок девушки-диспетчера. Девушки, сидящей в теплом, тихом, уютном офисе.
Резидент сплюнул изо рта кровь и, кажется, пару зубов и постарался придать своему голосу максимально спокойный и даже немного томный тембр. Такой тембр, каким разговаривают герои телевизионных сериалов. И который очень нравится женщинам. И уж тем более молоденьким, романтичным девушкам.
— Здравствуйте, милая барышня! — игриво сказал он, выцеливая левой рукой перебегающего от укрытия к укрытию бандита.
— Я не барышня.
— Вы — барышня. Потому что вы — телефонистка. До революции господа всех телефонисток называли барышнями. Теперь товарищи ушли и, значит, господа могут обращаться к телефонисткам как прежде.
Телефонистка игриво хихикнула. Потому что представила по другую сторону линии молодого, красивого, очень богатого, в ослепительно белом костюме, среди ослепительно белой офисной мебели абонента. С несложившейся судьбой абонента. Которую она могла ему помочь сложить заново…
Резидент отработал короткую очередь по бегущему бандиту. Промазал. Но бандит залег. В то место, где он залег, Резидент всадил еще одну очередь. И, кажется, снова безрезультатно.
— Что это у вас там так громко стучит? — поинтересовалась телефонистка.
— Где? У меня? Это пишущая машинка стучит, — ответил Резидент, выщелкивая пустой рожок и пытаясь вставить на его место новый. — Мы свою машинистку за этот гром так и называем — Анка-пулеметчица.
— Ха-ха-ха.
Обойма встала на место.
— Тут, барышня, такое дело случилось. По вашей части, — чуть не пропел Резидент, прикидывая, сколько он еще может продержаться, воюя одной рукой. — Я дома телефон забыл включенный.
— Какой телефон?
— Мобильный телефон. Номер 215–212. Вы проверьте, пожалуйста. А то я вызвал межгород, положил телефон на рояль и ушел. А денежки за него капают. Большие денежки, которые я лучше истрачу вам на букет роз. Вы уж проверьте, пожалуйста.
— Какой номер?
— 215–212.
— Сейчас. Минуточку.
В эту короткую минуточку Резидент успел отстрелять еще один автоматный рожок и метнуть еще одну гранату. В эту минуту он успел получить касательное ранение в голову. На руки и на удерживаемую мобильную трубку, заливая кнопки и панель, густо поползла кровь.
![Обет молчания [= Маска резидента] - Андрей Ильин](https://cdn.chitaem-online.com/s20/2/7/4/1/3/0/274130.jpg)
